Абхазия в объективе Смотреть фото
Система Orphus

Николай Николаевич Смецкой

Сегодня, благотворительность и меценатство, многим представляются, как жертвование денег для решения социальных проблем, порой, не исключающее выгоды. Идеи самопожертвования во благо других людей, сочетающиеся с вкладом духовных, материальных и физических сил остались чрезвычайно редким явлением. Об одном таком редком человеке и будет идти речь.

Имя Николая Николаевича Смецкого связывают с основанием обыкновенного чуда, «Русской Ривьеры» на берегах Абхазии, дендропарка в районе Синоп города Сухум. Конечно, это было не единственным достижением мецената, которому жизнь в Сухуме была предназначена, кажется, самим Провидением.

Николай Николаевич Смецкой — уроженец Москвы, любимый сын большой семьи костромских дворян. Отцом его был Николай Павлович, генерал-майор, который продолжительное время занимал должность директора Константиновского межевого института в Москве. Мать – Ольга Ильинична Грибанова была дочерью купца 1-й  гильдии, семья которого владела вологодской полотняной фабрикой. Богатой семье Смецких принадлежала усадьба «Стрелицы» в Костромской губернии, раскинувшаяся на 40 000 десятин земли, 33 тысячи из которых были заняты лесными угодьями. Николай учился в Московской гимназии, после окончания которой поступил на юридический факультет Московского Университета. Получив специальность и став кандидатом права, он, однако не пошел по юридической стезе, а занялся переработкой и продажей леса.

Так, в первые годы самостоятельной деятельности им был построен лесопильный завод на реке Волга в городе Чебоксары, где его, помимо прочего, ждало и первое предательство –приятель и напарник обворовывал молодого предпринимателя. Смецкому пришлось нелегко, но он не терял силы духа, и за три года, не выезжая за пределы Костромской губернии, у него получилось исправить положение и наладить работу. В1882 г. его супругой стала дочь известного археолога и смотрителя музея, помощника директора Оружейной палаты Московского Кремля Юрия Филимонова, Ольга. Она была деятельной женщиной, и когда чета проживала в Стрельцах, Ольга Смецкая организовала Мошкинское земское училище, а также народную библиотеку, которая оставалась на попечительстве супругов более 30 лет. В это время Николай отлично справлялся с делами. Сперва, он начал сплавлять сырой лес по Волге плотами, а после укрепления финансового состояния построил лесопильный завод прямо у себя в имении. После смерти одного из его богатых родственников в1893 г., Смецкой стал членом паевого товарищества, которое было учреждено на основе семейной фирмы, а уже к1913 г. стал одним из его главных акционеров. Постоянный труд и акционерство в фирме приносили Николаю Николаевичу хороший доход.

К несчастью, в1889 г. его жена заболевает туберкулезом, и врачи рекомендуют ей проживание в тёплом климате. Для поправки здоровья семья Смецких решает отправиться не на модное тогда Средиземноморье, а на Кавказ. Пароход, на котором они плыли, шёл до Батуми, но во время одной из остановок пару привлёк удивительный по своему богатому природному разнообразию город Сухум. Так они и попались в сети пленительной Абхазии.

Современный им Сухум, ещё хранивший следы турецкого нашествия 1877—1878 гг., был совершенно не благоустроен и насчитывал всего около 10 000 жителей, из которых только 300 человек были русскими, да и то в большинстве своём чиновники. Часть территории города была покрыта лесом, а сам город слыл опасным из-за распространения малярии: с двух сторон его окружали сплошные болота. После прибытия в город семья Смецких была радушно принята полковником А. Введенским, который состоял в должности начальника Сухумского округа. Поселившаяся у полковника в Синопе, чета была очарована природой Абхазии, с её чудным климатом, где в среднем на год приходится 220 солнечных дней, как раз, дававших возможность для круглогодичного цветения сада Введенского. Как вспоминает племянница Николая Смецкого О. Дмитриева, под влиянием полковника, успевшего превратить принадлежащий ему участок земли в сад субтропической флоры, Смецкой сам стал страстным любителем садоводства.

Сочетание морского и горного воздуха пьянило, благоприятно сказываясь на состоянии больной Ольги Юрьевны. На побережье она быстро поправилась, но врачи с осторожностью отнеслись к идее менять тёплый южный климат на другой, предостерегая от возможного рецидива, и Николай Смецкой решил остаться здесь навсегда, чтобы видеть любимую жену в здравии. Однако нельзя сказать, что российский лесопромышленник радел только лишь о здоровье супруги: он задался целью превратить Абхазию во всероссийскую здравницу для лёгочных больных, чтобы помешать распространению чахотки по всей стране. Изначально Николаем Николаевичем было решено, что лечение на черноморском побережье должно быть доступно и для людей, ограниченных в средствах. Кстати, такому решению способствовал ряд обстоятельств, среди которых открытие в Гагре небольшого великосветского курорта принцем А. П. Ольденбургским, а также признание Международным съездом врачей города Сухум лучшим местом для поправки здоровья больных туберкулёзом. Такие крупные медики России, как А. Остроумов, Ф. Пастернацкий, Н. Гундобин и другие, рекомендовали своим больным лечение именно в столице Абхазии, а также сами являлись частыми гостями города. Как раз в это время получил широкую огласку отзыв немецкого учёного и выдающегося врача Рудольфа Вихрова, который сказал, что если бы в Сухуме были осушены болота, то он отправлял бы своих больных не в Ниццу, а на побережье Абхазии. Все эти факторы подтолкнули Смецкого к развитию «курортного бизнеса», а для осушения болот меценат решил не жалеть своих сил. Позже он вспоминал, что супругам «показалась привлекательной мысль приложить свои силы и средства к этой дикой, мощной по природным данным стране и способствовать приобщению ее к Русской культуре».

Приобретя у Левана Маланьи и полковника Введенского несколько участков земли в черте города, общей площадью около 41 десятины, Николай Смецкой начинает строить собственную дачу, а землю, занятую фруктовыми садами и дубовым лесом, решает преобразовать в субтропический парк. Сам Смецкой был садоводом-любителем, поэтому для разработки проекта он пригласил итальянских специалистов, а для приобретения необходимых материалов и семян установил связи с крупнейшими европейскими фирмами. Так было положено начало сегодняшнему сухумскому дендрарию, который в своё время был крупнейшим на территории Европы по количеству видов растений (их было порядка 850, из которых местных было всего около 1%). Главным садовником парка был назначен опытный специалист Д. Цеквава, а сад стал известен широкой публике России и Европы, так как материалы о нём печатались в крупнейших изданиях на английском, немецком, французском и других языках. Николай Смецкой не раз посещал растениеводческие выставки (одной из них была «Русская Ривьера», проходившая в 1912 году в Москве), на которых демонстрировал образцы, привезённые из собственного сада, получившего название «Субтропическая флора». На выставках Смецкой пропагандировал возможности культивирования разнообразных растений со всего мира на благодатной земле Абхазии. Помимо великолепного сада, высаженного пальмами, эвкалиптами, акациями, камелиями, хвойными, кактусами и редкими декоративными кустарниками, Смецкой разбил на 13 десятинах мандариновую плантацию. Позже он купил в районе Агудзеры земельный надел на 1400 десятин у князя Эристова, на котором, помимо кукурузы, высадил плодовые культуры и виноград. Естественно, меценат не оставил и предпринимательства: он одним из первых стал производить на экспорт абхазские вина в промышленном масштабе (порядка 16 сортов), а также отправлял вагонами и морским сообщением из собственного порта в Агудзере в Россию мандарины и другие фрукты.

В 1900 году Смецким было принято решение о строительстве санатория для больных туберкулёзом в Гульрипше. Этот трудолюбивый и талантливый человек, в руках которого спорилось любое дело, руководит стройкой круглый год, и уже в ноябре1902 г. для первых больных открывает свои двери Санаторий Гульрипш-1. Это здание именуют также «Белый корпус», а располагается оно на высоте120 метровнад уровнем моря, что самым лучшим образом сказывается на выздоровлении пациентов с начальной стадией  заболевания. Врачи не рекомендовали климат Сухума для более запущенных форм туберкулёза. Трехэтажное здание было рассчитано на 110 мест, каждое из которых с полным пансионом стоило 60 рублей, что составляло ровно половину от реальных затрат, остальную сумму выплачивал Смецкой из своих средств, что позволяло малообеспеченным людям поправлять здоровье в прекрасной курортологической лечебнице. Санаторий был оснащён всеми удобствами по последним передовым технологиям: в нём имелось электричество и водопровод, телефонная связь, почта, прачечная, первый в стране лифт, столовые, порции в которых не нормировались. Окна в палатах были устроены таким образом, что воздух в них всегда оставался тёплым, и пациенты могли спать с открытой форточкой, что значительно улучшало их состояние. Чтобы обеспечить строительство и содержание санатория на достойном уровне, меценат построил при лечебнице завод строительных материалов, лесопилку, слесарскую мастерскую, животноводческую ферму, магазины, винозавод и провёл узкоколейную железную дорогу. Для заведования санаторием, который функционировал с 15 мая по 15 сентября, был поставлен С. Емельянов, В1913 г. Смецким был построен второй корпус санатория – «Гульрипш-2», или «Красный корпус». На то время это здание стало самым большим в Абхазии – четырёхэтажное, рассчитанное на 250 мест, оно располагало также всеми удобствами, и так же, как и «Белый корпус», было обращено окнами на юг — в сторону моря. Половину затрат на содержание санатория и больных Николай Николаевич взял на себя.  Напоминающий романтический замок, некогда величавый, санаторий очень сильно пострадал в период грузино-абхазской войны и блокады, но своим грандиозным видом он и сейчас привлекает внимание. Кстати, в Абхазии бытует интересная легенда, связанная с корпусом «Гульрипш-2». Местное население, глядя на здание, любит рассказывать историю князя (т.е. Николая Смецкого), который построил дом-дворец для своей любимой жены, больной туберкулезом (по некоторым версиям – для любимой дочери). В доме было 365 комнат, по числу дней в году, для того, чтобы больная чахоткой, считавшейся в то время неизлечимой, могла проводить каждый новый день в другой комнате, свободной от заражения. Княжеский размах и бесконечная любовь сделали своё дело: больная супруга/дочь поправилась. Благодаря народному воображению история санатория приобрела романтический оттенок, а само сооружение — большее количество комнат. От легенды вернёмся к описанию дальнейших заслуг борца с чахоткой, крупнейшего мецената и благородного человека, Николая Смецкого.

Перед строительством оказавшегося легендарным красного корпуса, Смецкой приобрел участок земли и в Агудзере. Там в 1905 году им был построен очередной санаторий, названный «Меблированный дом Агудзера». Было решено использовать его как санаторий для отдыха, а также климатического лечения, с круглогодичным графиком работы. Как и все лечебницы, построенные Смецким, лечебница в Агудзере была снабжена всем необходимым, 70 комнат были рассчитаны на 100 человек, а во дворе здания был разбит парк. Вблизи от санатория был расположен недорогой ресторан и ещё один парк, высаженный меценатом для всех жителей округа. В итоге все сады и парки, высаженные Смецким на территории Абхазии, в значительной мере способствовали развитию края – малярия постепенно уходила, Сухум становился всё более известен как курорт с прекрасным климатом. Поначалу Николай Николаевич не планировал преобразовывать Агудзерский дом отдыха в лечебницу, но отдыхающих было мало, особенно в зимний период, и после того, как здесь поселились несколько больных туберкулёзом, санаторий предоставил пациентам восьмимесячный курс лечения с низкой платой на все предоставляемые услуги. Сейчас в здании бывшего санатория располагается Сухумский физико-технический институт (СФТИ).

В Сухумском архиве сохранись сметы на строительство всех трёх учреждений. Их них следует, что Смецкой ни копейки не брал у государства, и потратил 5 миллионов рублей из личных средств на постройку учреждений. Плюс к этому, Николай Николаевич порядка 30-40 тысяч доплачивал ежегодно для содержания санаториев, так как средств, получаемых от низкооплачиваемого лечения, не хватало.  И опять-таки, это не все заслуги этого крупного мецената начала ХХ века, внесшего большой вклад в развитие экономики, курортологии, ботаники, культуры, социального благоустройства. В1909 г., вслед за построенной в1908 г. церковью во имя святого Георгия, открывает свои двери прекрасно оборудованная школа. Оба здания сооружены и содержатся на средства Смецкого. Он и дальше принимал участие, помогая материально, в строительстве прочих учебных заведений, родильного и ночлежного приютов, первой городской больницы. Значительно содействуя Сухумскому Обществу сельского хозяйства, он одновременно участвует в строительстве бульвара в Синопе, безвозмездно отдаёт для пользования горожанами источники питьевой воды, находящиеся у него в имении в селе Эшера.  Все эти действия не преследуют коммерческой выгоды, и осуществляются лишь с желанием благоустроить город и сделать жизнь в нём комфортнее и здоровее.

После полного благоустройства санаториев, Николай Николаевич Смецкой решает передать их в дар государству, но российское правительство не находит средств для содержания этих заведений. Меценат продолжает обращаться в разные правительственные учреждения с просьбой взять на баланс лечебницы, и в 1914 году санаторий «Гульрипш-2» поступает в безвозмездное распоряжение Красного Креста и становится госпиталем для инвалидов.  В 1916 году Смецкой для лечения учителей и учащихся дарит Белый корпус Министерству просвещения, и отдаёт в городские владения школу, дендропарк, приют, однако дарственные не успели оформить, и все старания оказываются напрасными из-за начавшейся революции.

После стабилизации ситуации в Абхазии, как говорят, Николай Николаевич собрал всё своё столовое серебро и отнес в Ревком, он передал новой власти и всё своё имущество. Хотя, вероятнее, что его собственность попросту национализировали, выделив семье нижний этаж их бывшей дачи, который им приходилось делить с рабочими во время сборов мандарин. Помимо переносимых трудностей, Николая Николаевича мучило зрелище запустения санаториев и дендропарка. Пытаясь в одиночку ухаживать за ними, он отправлял в государственные инстанции различные проекты и предложения с целью сохранения зданий и уникального парка. В это время Ольга Юрьевна поддерживала мужа, зарабатывая деньги приготовлением пищи для жильцов дачи, приезжающих на курортный сезон, и торговала на рынке пирожками. Сам Смецкой с1925 г. получал 50 рублей в месяц, выделенных государством при содействии Максима Горького, приятеля Николая Николаевича. Таким образом, Смецкой прожил 10 лет при советской власти, дождавшись постановление Совета Труда и Обороны от 1929 года о восстановлении курортов. Курорты впоследствии приобрели былую популярность, а в1948 г. была даже выпущена марка с видом на санаторий Гульрипш-2. Дендропарк в Синопе постепенно преобразовали в научно-исследовательскую лабораторию, а с 1927 года он был превращён в опытную станцию Всесоюзного института растениеводства под руководством Н. Вавилова. Дендропарк получил вторую жизнь.

Николай Николаевич умер в 1931 году от кровоизлияния в мозг, а Ольга Юрьевна пережила супруга почти на 10 лет. До конца жизни, чтобы прокормить себя, она торговала пирожками на городском пляже. Скромный памятник Николаю Смецкому был установлен постановлением Совета министров Грузии в 1964 году на территории сухумского дендропарка. Сегодня бывшая дача Смецких представляет собой правительственную резиденцию.

К сожалению, во время Отечественной войны народа Абхазии детищам Смецкого был нанесён огромный ущерб – погибли архивы, часть библиотеки, а столетние деревья шли на костры во время расположения в дендропарке штаба грузинской армии. Многие посадки, как и санатории, пострадали от осколков снарядов. Уже после войны оба корпуса санатория «Гульрипш» пришли в запустение, и продолжают разрушаться, постепенно превращаясь в руины. Хочется верить, что на плачевное состояние санаториев будет обращено должное внимание, и они обретут былое величие.