Абхазия в объективе Смотреть фото
Система Orphus

Хасанта абаа

На 7 км Рицинского шоссе, по левому берегу стремительной и холодной горной реки Бзыбь, на высоте 200 м над уровнем моря, среди живописных лесистых зарослей кедровой рощи  стоят руины некогда грозного военного укрепления – сторожевой башни Хасанта абаа или Хасан абаа, что в переводе с абхазского означает «крепость Хасана».

Построенная в VIII-IX вв. башня защищала подходы к Бзыбскому ущелью со стороны Санчарского, Даурского и Бзыбского перевалов. Башня визуально сообщалась с Бзыбской крепостью, что обеспечивало дополнительные оборонительные возможности. Благодаря существовавшей сигнальной системе, в случае, если неприятелю удавалось преодолеть Хасанта абаа, вражеские войска уже ожидали на подступах к Бзыбской крепости. Таким вот образом обеспечивалась оборона стратегически важного ущелья реки Бзыбь и проходившего здесь горного пути.

На сегодняшний день от внушительного сооружения остались высокие (до 10 метров) и толстые (до 1 метра) стены, а также полутораметровой толщины каменный забор, окольцовывающий башню. Длина сооружения –8 метров, ширина –11 метров. Общая площадь здания превышает 90 квадратных метров.

Несмотря на то, что эти каменные стены, сооруженные, как это было принято, из известняковых глыб на прочном известковом растворе простояли уже свыше 700 лет, проникнуть внутрь башни и сегодня можно лишь при помощи приставной лестницы.

Добраться сюда можно, миновав висячий мост через реку Бзыбь, а за ним и бывшую межколхозную гидроэлектростанцию Джирхва ГЭС. Во времена  Советского Союза станция имела важное значение, т.к. снабжала водой окрестные поселения. Здание станции хорошо просматривается с высоты Хасанта абаа. Далее дорога выведет вас прямо к крепости.

Этот памятник находятся, что называется, в свободном доступе, т.е. любой желающий прикоснуться к истории страны, «смести пыль веков» с некогда грозных и неприступных стен, хранящих тайны о событиях, происходивших здесь сотни лет назад,  имеет возможность полюбоваться на руины древности.

Легенда о возвышенности Хасанта.

В абхазском фольклоре есть красивая, но немного грустная  легенда о возвышенности Хасанта:

«Давным-давно жила в одном горном селе семья – отец, мать и их маленький сын по имени Хасан. Мальчик рос очень шустрым и не слушался родителей. Однажды пришла в их дом беда – огромная лавина сошла с гор и смела все на своем пути. Родители Хасана как раз ушли в горы, чтобы добыть еду для семьи. Ушли, да так и не вернулись. С тех пор их никто не видел. А маленький мальчик оставался ждать в доме.

Когда снег сошел немного, Хасан вышел на улицу. Хоть и мал был ребенок, да понимал он, что родители уже не вернутся, и что придется ему теперь жить одному и самому искать себе пропитание.

Долго скитался Хасан по горам и лесам. И видел он зверей разных, и имел он ружье, что от отца осталось, да только не смог он добыть дичи. Измученный и голодный он набрел на пещерный дом. И был этот пещерный дом в том самом месте, что сейчас Голубым озером зовется. Жил там старик один, что охотником знатным прославился. И были у старика того удивительной красоты глаза – голубые-голубые и длинная-предлинная седая борода. Пожалел старик мальчика. И решил он научить его всем премудростям охотника. А когда закончил обучение, то предложил он Хасану у него остаться.

– Зачем тебе уходить? Ты один, никто не ждет тебя. Я тоже один. Так давай жить вместе. Стар я стал. Тяжело мне. И тебе компания, — сказал старик с надеждой в голосе.

Но рассмеялся Хасан.

— Зачем ты мне, старик? Я молод, умен. С тобой мне только косы плести в бороде твоей седой. А я жить хочу, – с этими словами покинул Хасан дом гостеприимного хозяина и вернулся к родному очагу.

Шли годы. Вырос Хасан высоким и красивым горцем. И стал одним из самых знаменитых охотников. И был дом его полон шкур всех зверей, что только можно было встретить в этих краях. Да только был он одинок. Не было у него ни семьи, ни детей, ни даже возлюбленной. И в 41-й год своего рождения, решил Хасан, что надо ему жениться.

В поисках достойной невесты объездил он все земли абхазские, да только не нашел он той, которую захотел бы назвать своею. И когда усталый и разочарованный вернулся он домой, то у ворот встретил девушку. Она ждала его и, похоже, ждала долго.

— Хасан, я слышала, что ты невесту ищешь, — тихо промолвила гостья.

— Ну, ищу. Тебе-то что с этого? – ответил Хасан, с интересом вглядываясь в лицо нежданной гостьи.

— Хасан, ты совсем меня не знаешь, но я знаю тебя. Вот уже много лет я наблюдаю за тобой. Ты одинок и, бывает, грустишь подолгу… Я бы хотела жить с тобой, родить тебе детей, стать спутницей во всех твоих радостях и горестях. Я бы хотела ждать тебя с охоты и радоваться, что ты вернулся живой, — скромно, еле слышно прошептала девушка.

— Чего бы ты хотела? – рассмеялся Хасан в лицо бедной девушке, – да ты в зеркало видела себя? Ты же уродина! Ты что думаешь, я до сорока лет дожил, великим охотником стал, чтобы на такой как ты жениться? Не бывать этому, — громко и очень грубо сказал Хасан. И даже не обернувшись ни разу, он ушел, продолжая громко смеяться. С тех пор он ни разу не видел эту девушку и не слышал ничего о ней.

Однажды узнал Хасан, что в одном горном селе живет одиноко горянка красоты неописуемой. Нет у нее семьи, и откуда взялась она, никому не известно. Вскочил Хасан на коня своего и поехал за невестой. Но не захотела девушка выходить за Хасана. Несколько раз сватался он, да только безрезультатно. И тогда решил он украсть горянку. А так как родителей у нее нет, то и защитить ее будет некому.

Так он и сделал. Привез он жену молодую в дом. Она сначала плакала, убивалась, а потом привыкла, смирилась. И решил уже Хасан, что жизнь его, наконец, наладится, что счастье в дом его придет. Да только не было счастья. И жена была, и дом был… Да только не было ни покоя в душе, ни счастья на сердце у Хасана. Тогда он подумал, что ему обязательно нужен сын. Дескать,  если у него появится наследник, продолжатель рода, то он, наконец, обретет спокойствие и счастье. Сыну мечтал Хасан рассказать обо всех своих секретах охотника, с ним хотел вместе ходить на серну, кабана и медведя. И так живо представил Хасан себе будущее счастье, словно рукой коснуться его мог!

Время шло, а сына все не было. Каждый год жена дарила Хасану дочку. Дети тянулись к нему, да только он не испытывал от этого никакой радости. Отчаявшись получить наследника, Хасан стал подолгу пропадать на охоте. Он сильно пил, грубил жене и детям. Однажды, в очередной раз сильно напившись, Хасан уснул под высоким и тенистым кедром. И приснился ему сон: снились ему родители, и старик, что помог ему в детстве, и некрасивая тихая девушка, что хотела стать его женой, и супруга его приснилась, и все его дочери… в ярости проснулся Хасан и стал, что было сил, бить по несчастному дереву.

— Зачем ты бьешь меня, Хасан? Разве я в чем-то перед тобой виновато? – спросило дерево.

— Ты, и вы все. Я вас всех ненавижу! Почему? Почему Всевышний так несправедлив? Почему он не дает мне сына? Почему? – прокричал он в ответ.

— А чем ты заслужил, чтобы Всевышний преподнес тебе этот великий дар? – продолжал кедр.

— Я всего добился сам. Я стал великим охотником. А теперь мне даже не с кем поделиться своими секретами.

— Поделись с друзьями, — сказал кедр.

— У меня нет друзей, — яростно кричал Хасан. – И зачем мне делиться с какими-то чужими людьми, если я могу поделиться с сыном, со своей кровью и плотью?

— А почему ты решил, что добился всего сам? Разве не старый охотник научил тебя всему, что ты знаешь? А ведь ты не был его сыном. А еще — ты так ни разу с тех пор и не пришел навестить его. А, ведь, он был стар и нуждался в помощи. Он хотел стать твоей семьей, а ты его обидел.

— Старый дурак! Он думал, что я захочу жить с ним, — язвительно отозвался Хасан.

— А помнишь, как ты обидел девушку, которая любила тебя, которая мечтала стать твоей женой. Между прочим, она единственная готова была быть твоей супругой  добровольно. А ты так жестоко обидел, оскорбил ее.

— Тоже мне невеста. Да такими детей непослушных пугают. Хороши были бы у нас дети! – ответил, сплюнув, Хасан.

— Ты жестокий и бессердечный. Ты никого не любишь и сам от этого мучаешься. И ты теряешь всех, кто был тебе дорог, кто любил тебя и заботился: ты не слушался родителей и потерял их навсегда, ты посмеялся над старостью человека, который спас тебя и научил всему, ты растоптал искреннюю и чистую любовь невинной девушки, ты уничтожил мечту своей супруги выйти замуж по любви, и ты не любишь ни одну из своих дочерей… И ты ждешь, что небо подарит тебе сына? Сын – это дар Всевышнего, который дается только тому, кто способен научить его мудрости, поделиться жизненным опытом, рассказать о долге, чести, о доброте и сострадании, о любви и дружбе. Ты ничего из этого не знаешь, так чему же ты сможешь научить сына? – удивленное наглостью и напором Хасана промолвило дерево.

— Что ты понимаешь, тупая деревяшка? Откуда ты можешь знать, чему я могу, а чему не могу научить сына? – еще пуще прежнего разозлился Хасан.

— А известно ли тебе, что деревья столетиями хранят в себе память и накопленную мудрость людей, живших задолго до твоего рождения? Ты не уважаешь ничего из того, что так чтится твоим народом. И у тебя никогда не родится сын. И ты проживешь 200 лет и прольешь реки слез. А когда ты умрешь, то превратишься в камень – такой же черствый, грубый и пустой, как твои душа и сердце, — на этом старый кедр замолчал и не промолвил более ни одного слова.

Долго кричал Хасан, бил по дереву, пытался заставить ответить на свои вопросы, угрожал, ругался… Да только не помогло ничего. Дерево так ни слова  более и не сказало.

Прошли годы. Измученная тяжелой жизнью умерла супруга Хасана. Дочери ушли от него, ибо знали они, что он их не любит и сами любви к нему не испытывали. Старый кедр оказался прав – Хасан действительно прожил 200 лет. И оставшись один, понял он, как был одинок, и как много ошибок совершил за свою долгую жизнь. И когда умер он, то превратился в огромный камень. Грубый, черствый, безжизненный. Ни одна травинка не покрывала его.

После смерти Хасана пришла к тому камню та самая девушка, которую он когда-то отверг. Девушка превратилась в старушку. Лицо ее покрывали многочисленные морщинки. Но это было лицо доброго, светлого человека, который часто улыбался. И глаза ее были все такими же добрыми и ясными, как в том день, когда Хасан прогнал ее.

Горько плакала старушка над судьбой Хасана, над его глупой гордостью, над ошибками его роковыми. И от слез ее стал камень влажным, и покрылся он молодыми зелеными растениями и цветами, словно вдруг расцвел,  и превратился в высокий холм. А вместе с холмом расцвела и измученная душа Хасана. А слезы той старушки превратились в реку, что холм тот водами своими омывает.

И по сей день стоит тот холм, известный в народе, как возвышенность Хасана. И напоминает он народу абхазскому о том, что нельзя быть гордым и жестоким, нельзя забывать старших, что всегда нужно чтить и уважать тех, кто научил тебя всему, что ты знаешь, что нельзя обижать того, кто к тебе с открытым сердцем приходит. И еще много о чем напоминает та легенда и тот холм, что образовался из камня благодаря чистоте души любящей женщины.